Развитие федерального проекта «Чистый воздух» породило дискуссии на стыке нескольких сфер: к экологии добавились экономика, право и политика. Это произошло на фоне публикаций, где Минэнерго выражает неудовлетворённость существующей моделью квот для ТЭС.
Одна из ключевых претензий к нынешней конфигурации «Чистого воздуха» связана с тем, что она в первую очередь фокусируется на крупных стационарных источниках — промышленных площадках и энергетике, — тогда как в ряде регионов значительный вклад в загрязнение вносят менее очевидные факторы. Речь идёт о печном отоплении в частном секторе, факельном сжигании, транспортных выбросах, несанкционированном сжигании отходов. При этом именно промпредприятия и ТЭС несут основную нагрузку по квотам и модернизации.
Такая асимметрия создаёт риск того, что даже при значительных затратах на обновление промышленных мощностей качество воздуха в городах будет улучшаться медленнее, чем ожидают жители и регуляторы. Если основными драйверами приземных концентраций остаются источники, которые находятся вне прямого контурного регулирования «Чистого воздуха», усилия по снижению выбросов от крупных площадок дают ограниченный эффект. Это не означает, что модернизация промышленности не нужна, но подчёркивает необходимость более точного учёта структуры источников в каждом конкретном городе.
Примером может служить ситуация в регионах с высокой долей печного отопления. По оценкам, миллионы домохозяйств в стране по‑прежнему используют печи и индивидуальные котлы, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке. В некоторых субъектах доля таких домохозяйств достигает половины и более. При этом перевод на централизованное или более чистое отопление требует серьёзных инвестиций в инфраструктуру, изменения региональных программ и участия муниципалитетов. В рамках «Чистого воздуха» такие источники зачастую оказываются на периферии внимания, хотя их вклад в приземные концентрации может быть сопоставим с крупными объектами.
Не менее важным является и вопрос факельного сжигания в нефтегазовой отрасли, а также влияния транспортных потоков. В городах с интенсивным движением и относительно слабым развитием общественного транспорта вклад автотранспорта в уровни загрязнения воздуха может быть доминирующим. При этом основная нагрузка по отчётности и затратам ложится на промышленные предприятия, которые в глазах общественности оказываются «главными загрязнителями», даже если их фактический вклад в приземные концентрации ниже.
В экспертных обсуждениях всё чаще звучит предложение переориентировать «Чистый воздух» на более комплексный городской подход. Это означает, что при выборе мер и распределении ресурсов приоритет должен отдаваться тем источникам, которые формируют основную долю приземного загрязнения в конкретной агломерации. В одних случаях это действительно будут крупные ТЭС или заводы, в других — жилой сектор и транспорт, в третьих — сочетание факторов. Такой подход требует более тесной координации между федеральными ведомствами, регионами и муниципалитетами, но именно он позволяет добиться максимального эффекта при ограниченных ресурсах.
